Владимир Сорокин всегда казался человеком, который прячется за текстами. Его романы, полные странных миров и резких поворотов, словно создавали стену между автором и читателем. Но в этом фильме стена исчезает.
Он рассказывает о себе сам. Без привычной иронии, без защитных масок. Голос спокойный, чуть усталый, но в нём чувствуется желание наконец-то сказать всё прямо. Впервые он открыто говорит о том, каким было его детство.
Подмосковный посёлок Быково. Обычный рабочий район шестидесятых. Серые пятиэтажки, пыльные дороги, запах угольного дыма. Мальчик Володя растёт среди людей, которые каждый день ходят на завод. Отец - инженер, мать - бухгалтер. Жизнь простая, понятная, без намёка на будущие литературные бури. Но уже тогда в нём просыпается что-то своё, отдельное от общего ритма.
Потом Москва. Студенческие годы, первые попытки писать. И главное - встреча с подпольным искусством. Мастерские, где собирались художники, поэты, люди, которых официально не существовало. Там пахло краской, табаком и свободой. Там можно было говорить то, о чём молчали вслух. Сорокин вспоминает эти комнаты с теплотой, хотя и без розовых очков.
Именно в те годы начались преследования. КГБ интересовался им всё сильнее. Потом подключились прокремлёвские молодёжные отряды. Его книги изымали, разгромные статьи печатали одна за другой, устраивали обструкцию. Он рассказывает об этом без пафоса и без жалоб. Просто констатирует факты. Было давление, были обыски, были угрозы. И при этом - упрямое желание продолжать.
Любовь к русской литературе у него особенная. Он говорит о ней как о живом существе. Гоголь, Платонов, Андрей Белый - они для него не просто классики. Это собеседники, с которыми он спорит, соглашается, ссорится всю жизнь. Но при этом он держит дистанцию. Не растворяется в традиции, а скорее использует её как трамплин для чего-то совершенно другого.
Есть в фильме ещё одна важная нота - космический холод. Сорокин произносит эту фразу тихо, почти шёпотом. Он имеет в виду не только космическую пустоту, но и внутреннее ощущение. Холод одиночества, холод абсолютной свободы, холод того мира, где нет привычных опор. Этот холод проходит через все его книги. И теперь становится ясно, что он жил с ним с самого начала.
Фильм не пытается объяснить Сорокина до конца. Не даёт окончательных ответов. Он просто позволяет посмотреть на человека, который всю жизнь писал о невозможном, оставаясь при этом очень земным. Сидит перед камерой, говорит размеренно, иногда улыбается краешком губ. И в эти моменты понимаешь: перед тобой не миф, не литературный персонаж, а обычный человек, который пережил многое и всё-таки остался собой.
Когда смотришь эту картину, возникает ощущение, что Сорокин впервые разрешил себе быть уязвимым. Не на бумаге, а вживую. И это, пожалуй, самое сильное, что есть в фильме. Не громкие разоблачения, не сенсации. Просто честный рассказ человека, который больше не хочет прятаться.
Читать далее...
Всего отзывов
7