Варя и Кирилл сидели рядом в самолёте, держась за руки. Им было по девятнадцать, и вся жизнь казалась впереди. Они летели из Владивостока в Москву с одним большим планом. Поступить в МГУ, пожениться сразу после первой сессии, снять маленькую квартиру и через пару лет завести ребёнка. Если мальчик - назовут Александром, если девочка - Александрой. Имена они выбрали ещё в десятом классе.
Всё шло по плану, пока не началась тряска. Сначала лёгкая, потом сильнее. Свет в салоне мигнул, голос командира объявил что-то про технические неполадки. Варя вцепилась в подлокотник так, что побелели пальцы. Кирилл пытался её успокоить, говорил, что это нормально, что самолёты иногда трясутся. Но когда объявили аварийную посадку, Варя уже не слушала. Она просто смотрела в иллюминатор и повторяла про себя: «Только не сейчас, только не сейчас».
Самолёт сел в Сибирске. Жёстко, с долгим визгом тормозов. Пассажиры аплодировали, кто-то плакал, кто-то молчал. Варя вышла из самолёта последней. Ноги не слушались, в горле стоял ком. Она стояла на трапе и смотрела, как ветер гоняет пыль по бетонной полосе. Этот маленький провинциальный аэропорт вдруг стал для неё границей между прошлой жизнью и чем-то совсем другим.
Кирилл уговаривал её сесть на следующий рейс. Говорил, что двигатель починят, что это всего лишь задержка на день-два. Варя только качала головой. Она не могла объяснить словами, но внутри всё кричало: если она сейчас снова поднимется в воздух, то уже никогда не вернётся к нормальной жизни. Страх был сильнее логики, сильнее мечты о Москве.
Они простояли в зале ожидания часа три. Кирилл купил два стаканчика кофе, но Варя даже не прикоснулась к своему. Потом объявили, что следующий борт в Москву отправляется через четыре часа. Кирилл посмотрел на Варю долгим взглядом и тихо спросил: «Ты точно остаёшься?» Она кивнула. Он обнял её так крепко, будто прощался навсегда. Потом поцеловал в висок и ушёл на регистрацию.
Варя осталась одна с маленьким чемоданом и билетом, который уже никому не нужен. Она позвонила тёте Лене - той самой, которую видела раз в пять лет. Тётя сразу сказала: «Приезжай, детка, места хватит». Через сорок минут старенькая «Лада» тёти Лены уже стояла у выхода из аэропорта. Варя села на заднее сиденье, прижалась к стеклу и впервые за весь день заплакала. Не громко, тихо, почти беззвучно.
Сибирск встретил её серым небом и запахом мокрого асфальта. Город оказался совсем не таким, как она представляла себе «провинцию». Высокие панельки, широкие улицы, много деревьев. Тётя Лена оказалась шумной, доброй и немного суетливой. Она сразу начала готовить пельмени, параллельно рассказывая, где в доме какая полка и как пользоваться газовой колонкой.
Прошла неделя. Варя каждый день проверяла телефон - вдруг Кирилл напишет, что уже сдал вступительные, что скучает, что ждёт её. Но сообщения приходили короткие: «Всё нормально», «Заселился в общагу», «Сегодня был дождь». Она отвечала так же скупо. Говорить о главном было страшно.
Иногда она выходила на балкон тётиной квартиры на девятом этаже и смотрела на город. Сибирск лежал внизу, спокойный и равнодушный. Варя думала о том, что её жизнь теперь делится на две части: до аварийной посадки и после. И вторая часть пока не хотела начинаться.
Тётя Лена не лезла с расспросами, но потихоньку втягивала Варю в свою жизнь. То просила сходить в магазин, то вместе посмотреть старый фильм, то помочь полить цветы на подоконнике. Варя соглашалась. Ей было проще двигаться, чем сидеть и думать.
Однажды вечером она нашла в интернете сайт местного университета. Факультет журналистики. Приёмная кампания ещё не закончилась. Варя долго смотрела на экран, потом закрыла ноутбук. Но мысль уже засела в голове. На следующий день она пошла в деканат и взяла все бланки.
Кирилл позвонил через две недели. Голос у него был усталый, но довольный. Он рассказал, что прошёл на бюджет, что уже записался в секцию настольного тенниса и что в комнате живёт парень из Перми, который храпит. Варя слушала и улыбалась в трубку, хотя внутри всё сжималось. Она не сказала ему про документы в приёмную комиссию. Не сказала, что решила остаться.
Когда она положила трубку, тётя Лена поставила перед ней тарелку с пирожками. «Ешь, а то худая стала, как осенний лист». Варя взяла пирожок и вдруг поняла, что впервые за долгое время ей хочется есть. Не потому, что надо, а потому, что запах вкусный.
Сибирск медленно начинал становиться её городом. Не таким, как она мечтала, но всё-таки своим. А Варвара, которая раньше не могла даже подумать о том, чтобы жить где-то кроме Москвы, теперь училась дышать заново. Без высоты, без облаков под крылом, но с твёрдой землёй под ногами.
Она всё ещё не знала, полетит ли когда-нибудь дальше. Но пока ей было достаточно просто идти по улице, слушать, как скрипит снег под кроссовками, и думать, что, может быть, всё это и есть начало чего-то настоящего.
Читать далее...
Всего отзывов
6